Мы и Болгария: день 8

Сегодня мы наконец отправились в горы. Конечно, это не скалы, но все же и не асфальт. Отправились рано утром, в начале седьмого. Горы манили. И мы туда пошли. В первую очередь мы хотели посмотреть, чего там, во вторую - чего оттуда видно и в третью - сможем ли мы это самое сделать. Смогли, но не все.

После того, как возле лодки закончился асфальт, мы нашли тропу, которая вела вверх и проселочную дорогу, которая вела не совсем вверх. Мы, конечно пошли по тропе, потому что вверх и потому что тропа, а не какая-то там дорога.

Через метров 300 мы увидели скамейку, потом еще одну. Видно местные жители ходят сюда на прогулку и по дороге отдыхают.

Чем дальше мы поднимались, тем тяжелее было идти, хотя тропа имела вполне ухоженный вид. Но мы бодро перли в гору и даже дети помалкивали и не жаловались.

Виды были. Но виды были сзади, и мы их не могли видеть. Потом, на обратном пути, удивлялись, как это мы, черт возьми, это самое не заметили. Идя же вперед, мы видели только тропу, на тропе кал животных, кусты, соседнюю гору и пропасть между ними. В принципе красиво. Кал мы не фотографировали, если кому интересно.

Сначала впереди, а потом, слева журчало. Вскоре, журчать стало сильнее, и мы поняли, что это ручей. Ручей журчал, но мы его не видели. Он был внизу, в пропасти. Мы шли и шли, пока, наконец, не стало журчать совсем громко и мы не вышли к ручью.

Местные жители, возможно, сюда и ходят. Может быть, этот ручей священный. Или, в крайнем случае, целебный. Мы хотели набрать из него воды в бутылку, но Лиза воспротивилась, так, как в воде могут быть микроорганизмы, а она их не любит, потому что вегетарианка. Пришлось испить воды прямо из ручья, прополоскать лицо и другие части тела, которые нуждаются в лечении.

Далее тропа разделилась на две. Правая вела в темноту, левая к солнцу. Солнце от нас было справа, оно освещало соседнюю гору. Мы же, находились на теневой стороне. Само собой, мы пошли направо.

Тропа стала совсем крутой и подниматься по ней было все тяжелее. Через пару десятков метров Лиза отказалась двигаться дальше. Сначала мы хотели ее привязать к дереву и оставить тут, чтобы она не убежала домой и была нам ориентиром, куда возвращаться. Но потом, Регина вызвалась добровольцем, и осталась сторожить Лизу. Мы же, пошли дальше.

Тропа постепенно таяла. Но мы решили с Настей, что будем карабкаться вверх, пока она совсем не исчезнет, или мы не доберемся до вершины или она не пойдет вниз или мы не сдохнем тут, на этой проклятой верхотуре, если нас, еще раньше, не сожрут комары. Вниз тропа пошла, метров наверно через 600-700. Это я уже потом, по карте прикинул. Нам же казалось, что мы прошли пару десятков километров. Наклон был градусов 30-40 или даже острее.

В общем, мы отметились на самой высокой точке и пошли назад. Регина с Лизой весело ждали нас на дереве, на котором мы их оставили, и делали вид, что им вовсе не интересно, чего там наверху. А наверху ничего и не было.

Вниз идти было даже тяжелее, чем вверх. Под ногами камни переворачивались, и мы время от времени спотыкались или соскальзывали, но вовремя цеплялись за деревья. Благодаря этой нашей звериной ловкости никто и не пострадал. Вернувшись к ручью, мы пошли по тропе налево. Поднялись на небольшой холмик и увидели скамейку и кострище.

Горы продолжали нас манить, и мы пошли дальше, вверх. История с Лизой повторилась метров через 300. Мы же с Настей, благодушно отпустив жену с ребенком назад, на скамейку, полезли вверх. Настя несла вверх свои 36 килограммов веса на тонких ногах почти без жалоб. Я пер свои 108 как танк. Остановить меня было невозможно. По сторонам летели камни, ветки, комары и брызги пота. И даже Настя, попытавшаяся, было, вырваться вперед была отброшена назад. Дух первенства во мне оказался сильнее родительского инстинкта. Об этом мы с Настей, задыхаясь и смеясь, пока лезли наверх, сочинили целую историю. Как она была сброшена с горы, как летела вниз, упала в горную речку, чудом осталась жива, взяла ружье и полезла обратно пристрелить взбесившегося папашу.

Тропа, между тем, была хоть и крута, но красива. Тут уже росла трава и цветы. А когда мы поднялись почти к самой вершине, сквозь ветки начало пробиваться солнце. И это было волшебно. Тем более, кала на дороге почти не попадалось. Настя собирала цветы и даже я, нарвал каких-то желтых горных ромашек жене и засунул их в рюкзак, чтобы никто не увидел. Ромашки потом оказались вонючими, в отличие он Настиных цветов.

И тут, совершенно неожиданно, тропа превратилась в совершенно ровную, плоскую, и у нас появилось ощущение, что мы вдруг перенеслись в наш, белорусский лес, с соснами и муравьями. А впереди, сквозь сосны мы увидели освещенную солнцем поляну.

Родительский инстинкт вернулся ко мне, и я отпустил Настю вперед. Настя сорвалась с места как гончая с цепи и выбежала на луг - на нашу покоренную вершину.

Луг был квадратной окружности, весь покрытый росой. Там же, мы нашли и дорогу. Похоже, на эту гору можно было подняться на машине. Хотя дорогой этой, похоже, очень давно не пользовались.

Прогулявшись по лугу мы начали спускаться обратно. Долго узнавали, наша ли это тропа или мы поперли по другой. Оказалось, наша. Солнце уже встало довольно высоко и освещало нам путь.

Гуляли мы с Настей на вершину горы больше часа. Лиза с Региной нас прямо заждались внизу. Вон они, сидят у давно погасшего, еще до нас, костра.

Мы перекусили, немного отдохнули и пошли вниз, любуясь видами.

Пришли к нашей, уже такой знакомой лодке.

А потом пошли в город пить пиво сраками.

Вот она, наша вершина.

Там где красный кружочек "Я", это гостиница. Справа банкомат. Вверху помечен ручей, где скамейка. Направо первая наша попытка подняться в гору. И на самом верху наша вершина. 

comments powered by HyperComments